| Я не прощаю предателей, потому что сам не предаю!

Горят! Клянут!
Корят! Влекут!
Поднимут и бросят наотрез!
Глаза твои цвета шартрез!
В них страсть и боль, печаль и ласка -
Они пьянят, в них есть абсента краска!

Крадут! Хотят!
Зовут! Хитрят!
Они сильны и точно врут -
В их ценность вкрался изумруд.
Бездонность, безразличие и власть,
Шартреза цвет хочу унять,

Прижать! Согреть!
Держать! Лететь!
И раствориться только в нем,
В тех малахитах, окольцованных огнем.

И этот цвет любви высокой,
Всевидящий за ними Аргус,
Павлином ставший одиноким,
Закрался в цвете аспарагус.

И слезы капают его так твердо
Нефритовым дождем о землю,
И причиняют много боли
Глазам твоим лесного цвета.

Устали! Смотрят!
Сжали! Просят!
Соединили Бога и земное,
Нарушив первозданное вразрез,
И все же пахнут чуть жестоко
Глаза твои цвета шартрез.

Бездарно дива рассуждает,
да Бог с ней, Эндрю,
пусть считает,
что есть она хоть пуп земли,
вокруг которого все пляшут,
но мы с тобою солнца ось,
они планеты все,
пусть крутятся пред нами,
но мне приятен боле возглас твой,
о том что плачешь ты ночами
о русском языке небранном
и с юмором таким рождаешь мысли,
что нет прекраснее на свете
Толстого, Блока, Маршака!
Да будет смех в твоих устах,
когда прочтешь ты эту оду
в прощанье с Ольгиным «Алё»
и классикой соприкоснувшись понемногу!

Ответ Жиделева А.А.:

Блажен кто верует, мой Друг,
И пусть себя считают все вокруг
Похожими на пуп Земли и Солнца ось,
Но если говорить всерьёз,
То жалко тратить время зря
На чтенье «ДОРОГАЯ ВСЯ».
Уж лучше слышать русский мат
Из уст, что правду говорят,
А «рашн инглишь» пригодится
Для юмора и смеха в трудный день
Пускай потешит самолюбие девица,
Не понимая, что развеселила нас теперь.

Мечтаю!
Мечтаю, чтобы быть счастливей,
Забыв о сущности реальной,
Хоть в мыслях думающих слиться
С надеждой в жизни эпохальной.
Дерзать ухмылкой на харизме,
В анфас смотря, ей строить глазки,
И делать все, чтоб изменилось
В сём грустном мире сказки.
Жениться!
Жениться, чтобы быть сильнее,
Супруге стать плечом и верой,
Надежным спутником по жизни,
Стать моногамным в полной мере.
Дрожать и плакать с нею вместе,
Смеяться и ругаться матом,
Порой печалится и злиться,
В пути красивом и богатом.
Родить!
Родить, чтоб быть мудрее
Отца и будущего деда,
Что воспитал меня в заботе,
В уроках Нового завета.
Заботиться о чадах юных,
Им много время уделяя,
Забыть про все и возродиться
Душой, что мыслям доверяет.
Погибнуть!
Погибнуть, чтобы было жалко
Народу, не умеющему видеть
Дорог строительства и права
В стране, где можно всех обидеть.
Чтоб оценили после смерти,
Так не успев понять при жизни,
Что был когда-то современник,
Желавший сделать людей ближе.
Продолжу!
Продолжу путь свой запыленный,
Тернистый, иногда зигзагом,
Я помечтал! Теперь второе,
Стремлюсь скорее резвым гаком
Исполнить волю! Да будет так!
Как в стихе смелом сём от Бога,
Я поженюсь! Девятого сентября
Две тысячи девятого года!

Приглашаю на концерт,
Сегодня будет петь Серов,
Идём послушаем маэстро,
Он дарит зрителю любовь.

Ты согласилась, я приехал,
Привез с собой букет из роз,
Но ты была еще прекрасней
Оставив дома много слёз.

Пока мы ехали держала
Цветы – боялась отпустить,
Я всю дорогу эту думал,
Что мало их тебе дарить.

Вперед впустил, зашли в фойе,
Разделась быстро, озарила,
Заметил я как в декольте
Со всех сторон глядят мужчины.

На сцене было много мыслей,
И им похлопывала вслед,
Местами подпевала чисто,
Ведь ты певица много лет.

Концерт окончен, всё в ажуре,
Ловили мы улыбки наши,
Ты так застенчиво спросила:
«Со мной сегодня будешь, Саша?»

Вернул потом тебя домой,
На приглашенье не ответил,
Ведь я купил билет другой -
В последний миг тебя заметил.

Звонила после пару раз -
Проверка связи, но не дольше
А я пишу представив нас,
Себя не видя рядом больше.

Не смотри на меня так сурово,
Не смотри на меня не любя,
Я люблю тебя сильно, здорово,
Я смотрю и влюбляюсь в тебя.

И так приятно мне, когда
Два наших взгляда незаметных,
Растопят айсберг – кучу льда,
И солнце видят разноцветным.

Я прошу, смотри влюбленней,
Обращайся ко мне несозданно,
И от этого стану невольней,
Но от этого станет лишь сладко.

Я не сделал ничего плохого
В этой жизни, осознав,
В поиске любимой ровни,
Только шел ведь не туда.
Может сильно и обидел,
Иль бывает в людях месть,
Все равно искал другое,
О чем можно пожалеть.
Рядом томик Пастернака
Страстью и смущенной лаской
Все висел в моих поступках
Поэтических прекрасных.
Путь на запад пролегая,
Уносил все не туда,
На восточных равнинах -
Там была моя Звезда.
Время в спешке избегая,
И еще немного в ступор,
Становились ударяя
Ложь в старании безумном.
Выкрик в небо возлетая,
Все сильнее слышен вновь,
Спустя время, понимаешь,
Что терял свою Любовь.
Окрик или просто эхо
Сорвалось в моих ушах,
Но ведь сердцу не прикажешь,
Не обманешь второй раз.
Разделяет только время,
Полтора часа – не больше,
Но зачем пускать стремленье
Грабли будут уже точно.
И не сделал даже больно,
Просто взял большую паузу
В ожидании другой жизни
Все не станет моим сразу.