| Я не прощаю предателей, потому что сам не предаю!

Послушайте!
Зачем нас создано так много?
Быть может, чтобы совершать
Поступков море, мыслей горы,
Их восстанавливать, ломать.
Послушайте!
Здесь все имеет место,
И все имело место быть,
Покушайте!
сырое на вкус тесто,
лобзайте сыром белу выть.
Послушайте!
Ведь, если звезды зажигают –
значит – это кому-нибудь нужно? -
значит это кому-нибудь нужно –
плевочки, как жемчуг, гасить.

Всё что осталось от чувств окрыленных
Сердца спешащего прокачать больше крови’
Тоской плетенной мыслями в вечных заботах
Теперь только в рамках Электронной любви.

Она есть во всем, она лишь была!
Эти строки только видимость байтов
Электронной любви – что нас зажгла,
И продолжает гореть в нашем сайте.

И телефон – это много эрлангов,
Которые ночью нам делали линки,
Трассируя быстро в частотных каналах,
Неслись по эфиру в едином порыве.

Голоса наши, ломаясь в частотах
Герцев, так нужных операторам всяким,
Друг другу дарили немного веселья,
Трафик смешной создавая внезапно.

Наши дни с тобой вместе в порыве обняться
Теперь лишь картинки из пикселей разных,
Где ты продолжаешь со мной улыбаться
В рамках любви цифровой и несчастной.

Все вздохи твои – теперь они вместе
Описаны точно на сайте доменном,
Я так создавал его нежно и честно -
Чувства мои разлились с интернетом.

Твой запах пока передать я не в силе,
Могу лишь сказать, что есть один метод
Любви электронной, оставив на время
Его ароматность на строфах поэта.

И музыка наша, с любовью до слез,
Осталась нетронута в мыслях, на веки
Ее сохранит для потомков любовь
Цифровая, несущая информации реки.

Есть точная цифра наших стремлений,
Когда мы в объятии пылком два раза,
Сплелись, получая заряды любви
Генами, вдруг обменявшись в экстазе.

Всем правят цифры и эта любовь,
Что мы поглотили с тобой безвозвратно,
Трепеща перед ней электронной одной,
Обменяв вербальность на биты и байты.

Но хочется все же в буфер моё
Чувство скопировать, сделать рестарт,
Взамен услышав голос ее,
Не посмотрев к ней даже в глаза.

Точно знаю, что такого не будет,
Мы исчерпали лимит между нами,
Любить электронно теперь остается,
Даря всему миру цифровое сознанье.

Позволь напомнить о себе,
Хоть ты и не была довольна:
Покрыты россыпью прыщей
Худющие стонали бедра.
Изгиб лица, на нём прищур,
Кривили недовольно губы,
И лишь пронырливый контУр
Лисячих глаз дарил амуры.
Иссохший рот пытался врать,
Но был ленив, и много зла
Пытался в дело притворить,
Но кляп во рту его сдержал.
Пропахли в той квартире стены,
Тем страхом, болью, что дарила
Моей груди, и не от ломки,
А от судьбы, что так манила.
Шипеньем тьмы и лампы блика
На лоб упал раскат кривой,
Потом так резко засветился,
Аж чёрт мерещил за тобой.
Наручники скрепив суставы,
Застали ноги над кроватью.
Потом меня ты привязала,
Я помню, был еще в халате.
Безумие – не мой каприз,
И ты конечно же глупа,
Фантазию так долго грыз,
Чтоб получилась вся игра.
Подстава, ложь, твоя коварность,
Лишь риск милее мне, как знать,
Адреналина всплеска малость
В миру где грубость есть и страсть.
Мотив манипуляции любовью
Сильнее страха – проверял,
Когда облизывалась кровью,
Лишь в этот миг и доверял.
Прощай, и знай, что я доволен,
Упрям в своем желанье жить,
Что несмотря на злые козни
Никто не смог меня сломить.
А на Сикстинской над постелью
Все также мило, как всегда,
Рука есть Бога и Творенья
Соприкоснувшихся едва.

Нам выпала удача
побыть наедине впервые,
неловко было,
и еще стеснялась
тогда играть на ролевые.

Та роль, что ты сыграла,
Актрисам тяжела была,
Но всем так было интересно,
Что буду делать после я,
Ведь зачастую лишь смешно,
Но в этот раз я не играл
И был серьезен, трезв,
Расчетлив и любезен,
Для ночи даже резв,
И диалог наш был полезен.

Вопрос – ответ,
Желанье – исполненье,
На ложь – обман,
На нет – прощенье.

Так, правда или действие?
Вопрос? Когда разденемся?

Ты мог бы…ты могла бы -
условности,
одни они,
Отвечу сразу «да» -
неловкости
от этой болтовни.

Нам нет преград,
Я видел в темноте
Горящий взгляд,
Поймав на наготе,
Слова, что так хотят:

Так, правда или действие?
Второе? Ну, разденьтеся!

Со мной играешь,
Вопросы задаёшь,
Искру кидаешь,
Ногою губы трёшь.

Вопросы, действия, ответы -
Становится яснее «как-зачем»
В глазах другого человека,
Игрой который манит в плен.

Так, правда или действие?
Скажи второе, будет весело:

Лежать в ногах,
массаж ступней,
их целовать,
а мне больней
соски кусать,
ладонью бей,
любить в словах.
в ответ на «Ах!».

Надеюсь, ты запомнила,
Захочешь сыграть снова,
Ведь каждый новый раз,
Похож на первый словно,
Как будто в точке ноль,
И надо знать кто твой,
Кто так хитрит, кто врёт,
Какую кто играет роль.

Так, правда или действие?
Давай теперь оденемся!

1.
Нет, и не бывать такому в жизни боле!
Предательство, я рад, что еще молод.
Прекрасно отпустить того,
над кем ты властвуешь изрядно,
пока предать он может мало,
и не видать ему большого,
что будет в будущем изрядно.
А ложь – твой метод на его уста,
он – человек, шипит от зависти душа,
порой мне кажется, он просыпался,
не мог уснуть, всё думал «как же быть?» -
не мудрость двигала той ночью,
а алчность и желанье сильных бить,
точнее, тех кто станет сильней очень.
Таков расклад – афёру можно провернуть,
где деньги – совесть спит, но она есть,
поэтому когда на дно опустит,
он сможет руку протянуть,
но и затем спокойно снова бросит.
Дай только повод, план уже написан,
предателям даруется с рожденья он,
еще когда на первых классах жизни,
завидуя, соседям жадно смотрит в дом.

2.
Но не бывать такому в жизни боле!
Предательство, даруешь опыт боли.
Болезнь, с которой ты заходишь в дом
к тому, кто сносит тебя, дает ночлег,
а спит когда, ты в его сердце шаришь,
даруешь сны: он там король и будет править,
но должен совершить поступок легкий:
договориться с матерью природой,
что выживает лишь сильнейший,
и надо первым нанести удар,
чтоб конкурент другой не обскакал.
Но жертва вы – предательств стая
уже сомкнула вокруг цепи,
а я лишь искушенье, дверца Рая,
которая захлопнулась навеки.
Наличие сего вокруг – рассказ о том,
как я на правильном пути вперед иду,
пусть оступаюсь в поле грязном,
и вы, как показатели успеха моего
становитесь, разинув рот, в туннель:
на стенах колья с вашими детьми,
и в ужасе том слышишь стук капéль
кровавый стекает с трупов номер три.

3.
Всё, не бывать такому в жизни боле!
Предательство, умрешь тогда доколе?
В тех чарах мутных смут и мрака лжи
есть стар и млад, есть друг и враг,
кто ближе – заблужденье, каждый врун,
но если женщина – коварней будет,
прельстит, убьёт – как самка паука,
когда все получила, и плачет-плачет,
что еще не всё взяла, но жизнь одна,
теперь же надо искать новых, значит.
Скажу, что жадность и любовь останутся,
пусть даже человек исчезнет по задумке
творца, заставит Он всех нас проснуться,
покажет мир другой, и мы не те там,
как есть сейчас, так жалко – я не плох,
но не хочу, чтоб были там иуды…
Прощай, обман – греховный мир,
красавицы в нем были лишь суккубы.
А дети, их родители – тьма-тьма какая,
бывает ненавидят, но живут – святые,
прикрыли благоденствием свой страх,
но их предательство конечно вскормит,
затем в могилу, и на Суде том будет крах.

4.
Да, не бывать такому в жизни боле!
Предательство, что в рану вместо соли?
Готов всегда увидеть твой кинжал,
обычно в спину его колют, как Брут
в любовника мамá: он закричал,
затем пять раз сильней ударил,
и Бог его отправил в девятый ада круг.
Но в жизни милосердие со мной идет:
предательств чернь – нет двери в сердце,
успех мой – цель твоих проклятых слуг,
они шумят, поют, мне говорят, что друг,
кусают ногти в предвкушении победы,
ха-ха! – я ж недоступен, и лишь играюсь,
дурачусь, иногда, веду нелепые беседы,
потом смирено в тишине пред Богом каюсь.
Хотя зачем я так хвалюсь? ведь ты хитрее
и носишь новую игру, теперь уже наверняка
чтоб победить, но я не сплю – а это тяжко,
и не боюсь коварства, тех мразей жалко,
что мерзнут, ждут, но умирают недостойно,
всё ожидая лучшего, и с возрастом слабея,
судьба становится совсем невольной,
и примеряет кровавый пояс Толомéя.

Жизнь переменчива:
Сладка! Горька!
Ужасна! Печальна!
И опасна.
Живешь мечтою о небесном,
А мир в ответ сгущает краски
И стреляет по сердцу помидорами.
Ах! Я Вас так не понял!
Теперь же безоружен!
Я холостой патрон в обойме жизни.
Все годы муторно, шаг за шагом,
Стараясь сделать.
Сильнее, я уходил в себя!
Закрыл дверь, ключ выкинул!
Но Вы ее отворили!
Вы прошли сквозь нее!
Зачем же, скажите, Вы сорвали
Дверь с петель?
Теперь же просто дует!
Окон нет, а холод веет!
Бьет в тело, пытаешься укрыться,
Но бесполезно – Вы победили!
Злорадствуйте! Вы все еще в фаворе!
Зачем же опускаться так мне было?
Ведь знал, что будет очень больно.
Я ждал не Вас, но Вы меня убили,
Сказав слова вранья.
Солгав однажды – не вернешь!
Будешь вечно врать. Но все вдруг
Станет всем известно.
Но мне за что такие чувства?
Я просто был закрыт,
В стене надежной замурован,
Но Вы вошли в мой дом,
Разрушив статуэтки,
Побив фарфор и написав на стеклах
Свое “Люблю”!
Я не смогу убраться!
Мне нужно много время!
Его теряя, себя я забываю!
Прощай мои дела насущные.
Но двери я закрыть пока не в силах.
Да и зачем! Сорвете их Вы снова.
Войдете. Смеяться будете нахально.
А я буду счастлив! Отвечу Вам слезою!
Пущу из карих глаз все переживание,
Которое вернется к Вам
С солнечными лучами, разрушив мой мир,
Мы вновь останемся одни,
Вы скажете, что я безумен! Спасибо Вам!
Вы научили меня! Любить Вас вечно буду!
Я полон сил и мир мой мне не нужен.
Нашли на голове моей Вы волос
Седой. Но я же молод!
Я темной крови, армянской
Полукровной. Я чувствую ее,
Когда идете Вы по миру,
Стуча уверенной походкой
Безразличья. Боязни снять вдруг
Свое надменное лицо!
И как Вы можете заметить,
Вопреки всем стал мудрее
Я полюблю Вас в тридцать
Тысяч раз сильнее.