| Я не прощаю предателей, потому что сам не предаю!

Позволь признаться,
Я хочу, чтоб ты узнала,
Меня поближе,
Как никто,
Что я люблю,
Храню потише
От мира темного воров.
Мне и не страшно,
И не больно,
Уже подрос,
Но лишь досадно,
Что все равно
В людской природе
Убить готовы ради клада.
Ошибкой думать,
Что случайно,
Досталось что-то,
Но я помню,
Как уходили мои братья,
Урвав себе немного боли.
Конечно, знаешь наперед,
Аккорды струн,
Куда мне давят,
О прошлом верно намекнут,
Но Бог их всех за это сдавит.
Так хорошо бывает редко,
Когда спокойно без оглядки,
Пуститься можешь в приключенья,
Другим подкинув неразгадки.
Так суждено мне небуправом,
И я пока тому пример,
Как должен вырваться из черни,
Простой российский инженер.
Что есть к тебе – моя мечта,
Она мне помогает жить,
Поскольку серым мир давненько
Меня соседством одарил.
Со мной есть выбор – я открыт,
Но есть в тебе ли он закрытой?
Ты ждешь шагов, но мир молчит,
Слёзой стекает тушь размытой.
Мне нужен друг в твоем лице,
И я ему отдам, что скажет:
Пусть почки, печень – и конец
Настанет после точно сразу.
Скажи, в чём я может не прав,
Когда смотрю на все с улыбкой,
Не видя горечных утрат,
Людей других, смотрящих мило?
Возможно, маска такой стала,
Хотя защита от природы -
Так мирозданье распредилось,
Меня ведя от парты школьной.
Не думай, что так всё легко
У нас с тобой, и мир ажурный,
Со мной смеяться – каждый может,
А вот понять – не каждый нужен.
Пусть только мы с тобой коснулись,
Друг другу дав немного смысла,
Скажу вперёд, что ты Принцесса,
Но быть такой из моды вышло.
Закат твоей любви последней,
Что ты соседством назвала,
Спасти есть шансов много легче,
Попроще, чем поймать меня.
Хотя, хочу так стать твоим,
Чтобы желанья разны сбылись,
Но ты придашь меня как та,
Которой нет давно в помине:
Удача как-то умерла,
А я один назло остался,
Нет больше тех моих друзей,
Да и зачем мне их коварство?
Бывает, скажешь, кто не первый,
Подумаешь, хоть не война,
Но если вспомню – это горько,
Ведь жизнь дана мне здесь одна.
С тобой иль нет – вопрос неважен,
Когда сладчайше стих вкушала,
А я читал так возбужденно это,
Где строчка за строкой бежала.

Завтра я пойду с бидоном,
вылью белый шквал идей,
на соседей, возле дома
на столпившихся людей.
Я уйду, покрытый славой
и умру еще не раз,
по моей идее шваброй
people будут, распластав,
бегать быстро там и сям,
прижимать меня к гвоздям.

Желтый свитер мне достался
От ругателя насмешек
И недавно догадался:
В нем живу я как орешек.
В нем хожу я по базарам
И по улицам в кино,
В нем шатаюсь по амбарам,
Целый день в нем пью вино.
Мне дорога приоткрыта в дорогие рестораны,
Я иду с поднятой мордой,
Пусть глядят как тараканы
И узнают, что я гордый.
Забираюсь я на крышу
И стихи свои читаю
Перед публикою избранною,
Что меня так почитает.
Напрягусь и крикну в воздух:
“Я люблю летать над крышей,
Что весит давно над вами,
Подниматься выше, выше!..”

Скребется в окно вьюга,
И сердце рвется с тоски,
И даже не-то, что на юге,
Солдатов морозы нашли.

Все в этом мире подвластно,
Деньгам, измене, убийствам,
Но есть у меня то богатство,
Что спрятано в сердце мясистом.

Посвящается этому удивительному человеку, с которым мне была подарена судьбой возможность познакомиться и по-новому взглянуть на свою жизнь.

Молва прошлась среди богатых,
Что есть в Москве миллиардер,
Встает который утра раньше,
Пополнить кла́дезь добрых дел.

Настала пятница. Бывает мало места.
Пред ним покойно всем сидеть,
И Господами пригласил вошедших
В свою Мемориальную Мечеть.

«Мир вам!» – Как это надо людям!
Начнет коллоквиум любя,
Потом смиренно: «Все там будем»,
И улыбнётся словно вы друзья!

Рукав сцепил агра́ф^[1] из камня,
Стекляшка, может, но размах
Его руки украл вниманье,
Мелькнув в халата закромах.

Вот повидавший много дед,
А вот другой, стоит в поклоне,
Шамиль расскажет, как в обед
В мозгу у них плелись нейроны.

«Смотрите, думайте, учитесь!
Извилин лучший тренажёр!
И физкультурой занимайтесь!»
Сказал Поклонной Дирижёр!

Задор горит! Живет желаньем,
Чтоб развивался с верой брат,
И в скором времени из «Форбса»
О нём узнает всё Хазрат!

Неподражаемо и просто
В динамик стрельнет он слова:
«Закройте дверь, мистер Дежурный!»
И в пробках грохнет вся Москва.

Спросил тут кто-то: «Чьих он будет?
Еврей, араб, или татарин?».
Сплелось в нём, видно, много судеб,
Но он чистейший мусульманин!

Когда звонят по телефону,
И тихо ласково, в пример,
Ответ достойный из улыбки:
«На связи Ваш триллионер!».

Теперь узнали, что богаче,
На самом деле, этот малый,
Всех олигархов на планете.
Аляутди́нов – скромный парень!

______
[1] Агра́ф – запонка.

Горячее тело, фигурка под тридцать -
И все хорошо, но мне стоит влюбиться
Сначала в губы твои, сплетенье ресниц,
Раскаты бровей, узоры глазниц,
Улыбка ее и ямочки в щечках,
Как брови приподняты – радостны очень,
Дыханье под утро, запахи тела,
Коснувшись меня, безрассудно хотела
Держаться все крепче, чтобы только одна
В жизни моей была все ж сильна.

Красивые рифмы, не стоит ценить,
Звуков вульгарных мотив не затмить,
Даже хамством безудержным звонко;
Но ты сморкалась слишком громко
Утром, в ванной, я аж просыпался,
Желание крикнуть, но робко держался -
Культура превыше…Но это услышав,
Я быстро раздумал на диве жениться!
И пусть твое тело еще и в порядке,
И личико мило и страстны повадки,
Голос приятный и чувство глубоко;
Прости! Ты сморкалась слишком громко!