Стихотворение содержит неформальную лексику
Если крикнет рать святая:
“Кинь ты Русь, живи в раю! ”
Я скажу: “ Не надо рая,
Дайте родину мою”.
С.Есенин
Я вас встретил на панели,
Я тогда еще был мал,
Быстро годы пролетели,
И теперь вас вспоминал.
Наша встреча стала снова
Роковой, тебе и мне,
Все искал я в вас основу,
Но нашел ее в себе.
Ты любовница моя,
Когда мне бывает скучно,
Для мужчин ты все дитя,
Открываешься лишь сутью.
Мы тебя всегда имеем,
Где, когда, не знаем нет,
Ты покорное созданье,
Ты нам делаешь миньет.
Часто спишь ты с мужиками,
Открываешь ворота,
Любишь ты и лесбиянок,
Все доходит до ора…
Все тебя всегда кидали,
Залетала часто ты,
И вот девственность отдала
За красивые цветы.
Верный, Банга, подойди,
пес нечесаный, лохматый,
на мои улыбки ты
хвостом машешь,
конопатый.
Подойди ко мне поближе,
излечи мою болезнь,
слышишь ты мое дыханье
тише? –
замирает, огалдев.
Асфальт прикрыв, мгновенья те́ни
Легли дорогу остуди́ть
Под ними сонная, от ле́ни,
Легла пунктиром белым ни́ть.
От невесомости шата́ясь,
В порезах, скомкан целлофа́н -
Разбился, с ветром обнима́ясь,
В спешащий красненький ова́л.
Круглые, мягко прогнав тротуа́р,
Стали причиной работы клаксо́на,
Воплем, встречая в прыжке Ягуа́р,
С рамы летит молодая персо́на.
Отпечатками кнопки вжимая
Раза четыре, немного прождал -
Кто-то гражданский долг выполняя,
В службу звонил. Оператор молчал.
Стоит предо мной всё эта картина:
Девушки стонут – в ушибах лицо,
Машина и велик – теперь на починку,
Я же проехал довольный домой.
______
Перенесем поэзию в односложную прозу:
- Летняя дорога с разделительной полосой
- Разорванный пакет налетел на мигающий красный сигнал светофора (или сигнал с пешеходом)
- Велосипед съехал с тротуара, сигналит машина, наезжает на него автомобиль Ягуар, велосипедистка слетает с велосипеда
- Прохожий набирает на сотовом телефоне 112 и клавишу вызова в службу спасения, но не смог дозвониться.
- Я поехал довольный дальше.
“Привет, старик! Что ты грустишь?!
Иль ты уже совсем не слышишь,
Как дети пляшут и гоняют мяч,
На задворках городских все по-прежнему кричат?
Привет, старик! Что ты не видишь?
Цветов лазурней неба голубого,
Счастливых дочерей своих,
Раскатов неба золотого?”
“Я не ослеп и не оглох,
Я слышу шорохи листвы,
Я все живу”… “Нет, ты подох:
Скорей сжигаешь все мосты,
Мосты надежды на удачу,
Куда стремиться должен ты…”
“Нет, ты не прав… я плачу…плачу,
Ведь ты не слышишь шорохов листвы.”
Мой, Маша, мой!
Привет с далеких для тебя земель!
Давай помой, отмой, замой
Все, что пролегало между нами.
А сладкое «олеихюба»,
Спиши сказать в своих устах,
Я так любил тебя, за это «Китос»
Спеши почувствовать в сердцах.
Мойка, Мария, мойка!
Пока-пока, как бы сказал тебе при встрече,
Я был твоей родной судьбой,
Теперь я ухожу в безвечность.
Не понимаю!
Что за нелепые мыслишки
Приходят в головы людей,
Когда считают, что их опыт
Отстал от жизненных бредей.
Парадоксально поражен,
Когда на мой вопрос «Когда?»
Она ответила: «Мне стыдно,
Я слишком поздно начала».
«Во сколько?» – повторил я снова,
Вопрос простой – в нем нет подлога. -
«Ответь, мне нужно это знать
Ты моя чистая тетрадь!»
Она, прищурившись в смятенье,
Крови прибившей в щеках цвет,
Так из подлобья посмотрела -
Готовилась мне дать ответ.
Еще немножко пождала,
Проговорила про себя
Ту фразу, что меня смутила
Через секунды погодя:
«Мне стыдно это говорить,
Ведь я неопытна совсем,
Мои подруги – это жизнь,
А я отстала от утех.
Я слишком поздно начала,
Мне восемнадцать только было…»
«Прошу молчи!» – ответил я. -
«Ты поняла, что говорила?
Ты усыпила во мне день,
Я не могу любить такое
Позорище, что так считает,
Я поражен теперь! О горе!
И как так можно рассуждать
Нелепо и совсем бездарно
В твои-то целых двадцать пять…
Прости меня, я был болваном.
И это поздно? Не пойму я,
И чей же опыт образцовый?
Тех кто в двенадцать раскрывает
На паперти свои оковы?…» -
И замолчал, нет больше смысла
Кидать эмоции в чулан
Захламленный и очень мокрый,
В котором только тараканы.
Но что меня тогда смутило?
Не возраст – он бывает разный,
А воспитанье этой дивы,
Что так бездарно рассуждает.
И в восемнадцать – может, норма,
А может рано – все равно,
Но застесняться, что так поздно -
Вот это, правда, завело.
И Бог с ней, мы же ведь минуты,
Которых будет в жизни всласть,
Но разве можно в боле раннем
Дивчине девственность отдать?