Вдохнув воздуха глубоко в свои легкие,
Он легкий такой на подъем,
Грудь приподнявшей делает,
Тяжелую, где есть мясо, сердце и ребра.
Протягиваешь свою ладонь кверху открытой,
Смотришь в глаза, поглощаешься ими,
Карие они – душу крадут, чувственны очень.
Берешь ее пальчики нежно,
А воздуха уже не хватает.
Молчалив, больше нет слов,
Стараешься не моргать,
А глаза тот же воздух и режет.
На секунду затаил дыхание
И снова вздохнул.
Ты взял ее руку к себе,
Пытаешься быть нежным,
Но хватаешь ее сильно.
Она просит, чтобы уйти,
И не почувствовать более
Твоей доброты взамен на уважение.
Тогда набираешь воздуха
Нужного, в тело истощенное,
По капиллярам идет он быстро,
В сердце втекает,
И говоришь:
«Я тебя не держу!»
Правда, в этом есть,
Но каков размах сказанного!
Ведь никто никого
Никогда не держит!
Просто люди притягиваются сами,
Хотят верить, что нужны,
Стремятся к этому,
Но нет! Человек стремится в себя.
И еще раз, набрав воздуха,
Уже не веря в судьбу
Произносишь хладнокровно:
“Уходи, я тебя не держу!”
Мне переводчик нужен
В отдел «валютный и торговый»,
Пред иностранцами заслужен
Наш опыт в пересадках новый
От детских почек до бровей
Больным богатеньким старухам,
И много мышечных хрящей,
Лежит еще у нас без слуха.
Так что мне нужен перевод,
Чтобы и мáркетинг суровый
Меня в учебники занёс
С пометкой «это было клёво».
Мы Родины толкаем достоянье,
Частичками везем, и на границах
Всем без смущенья предлагаем
Улыбку детскую пришить на лица.
Давай транслейтор мой ищись,
Я жду тебя, и рынок давно тоже,
Пускай тематика не злит,
Деньгами будешь богат всё же.
Мррррррр! Я просто Кот!
Пришел сегодня в гости к Вам,
Я все хочу, не глуп и горд,
Могу царапать милых Дам.
Мррррррр! Я льстец большой,
Бываю славный, но я хам,
Угодник страстный Лавербо́й[1],
Могу ласкать часами Дам.
Вы не откажите в моем капризе,
Багаж любви за мной огромен,
Я остроумен и с сюрпризом,
И взгляд всегда для всех бездонен.
Смеюсь чуть громче женских стонов,
Я слышал много их в постели,
Когда покусывал и шлепал
Своих избранниц на неделе.
Брезглив и малость прагматичный,
Серьезен, иногда смешен – бывает,
Я Лавербой простой столичный,
Узнав меня – не забывают.
Я просто Кот!
Я не подаррррок!
Я Лавербой!
Я – Александрррр!
[1] Лавербой от англ. «Loverboy» – бабник, донжуан; дамский угодник; красавец, красавчик.
Отблеск зеркал моей фотокамеры
С выдержкой в пару мгновений,
Образ твой украл объектив,
Запечатлев как есть, без стеснений.
На дисплей свой маленький вывел
Образ твой. На нем ты другая,
Не та, что стояла пред светом
Вспышки слепящей моргая.
Съемка крадет твою душу,
Улыбку, задор и веселье -
Ты теперь навсегда не такая
В жизни своей не весенней.
Признаться, глядеть приятнее на мир
Через квадратный окуляр искателя,
Он взгляд рассеяв, преломляет
Зрачок широкий созерцателя.
Мастер-фотограф, считая на диск
Фото твое, возрадует все же
Взгляд ненасытный его темных лик,
Что он видел тебя обнаженной.
Съемка портфолио в сути похожа
На съем девчонок распутных,
Желающих выглядеть лучше
В общении с мужчиной грядущим.
На долгие годы хранятся
Иллюзии камер крадущих,
Пока вдруг не надобно будет
Художнику выкинуть души.
Фото – это фантазия чья-то,
Каждый внес в нее лепту:
Модель – немножко веселья,
Фотограф – отснятую ленту.
Что сделала Россия такого, что она
Детей своих вскормила
И вскоре предала?
Зачем она большая
Сквозь лета войн и битв
Не может примириться с прощением обид?
По чем она продала
Свои природные дары?
И в шутку разыграла
Все братские миры?
За что несчастна так или бесславна вовсе?
Когда в делах чиновников ее превозносят?
Что сделала Россия для мира из людей?
И нет в ней сказки прежней,
Нет леса и полей.
И что же будет с нами?
Когда в усопшие миры
Уйдем мы попрощавшись,
Оставив на пиры
Компота чашку и бренный долг народа…
Родиться здесь, прожить и умереть…
Но гордо!
Посвящение Автору от Сергеевой Светланы.
Я могу уйти. И это не будет пафос.
Это не будет горем. Или напиться поводом.
И ты можешь уйти. Я не сомневаюсь.
Можем оба уехать. Или не оба. Без шепота.
Ты скучаешь по мне? Нет, ни грамма, ни капли.
Ты свободен. Ты счастлив, все в нужном градусе
Кокаин и гашиш на столе. Фимиамы
Наполняют комнату без единого кактуса.
Дорогой меня называешь. «Саус Парк» на плазме.
Роль почетную отвел – скручивать пятитысячные.
Ты меня не любишь. Но со мной так праздно
Хоть портрет меня, и на сердце не высечен.
На сердце свистящая пустота при близком дыхании.
На небе – луна, о которой не со мной хочешь ты говорить.
На примете – кандидатки из мамбы на новые свидания.
На нёбе – купаж ЛСД с импотенцией слова «любить».