| Я не прощаю предателей, потому что сам не предаю!

Ах, Sophia, я влюблен,
но разумно ли то чувство
Для тебя, где ты живешь,
что теперь давно уж пусто.
Ты жила, но так давно,
что тебя никто не помнит,
Видно Софью занесло,
где теперь она потонет.
Руку помощи ей дать-
значит обмануть себя;
Где, Sophia, твоя грань,
между помощью и злом.
На твой трон взошла Phileo,
она более красива,
Окружили ее Leos,
они чтят ее речиво,
Она верит своим львам,
что с растрепанною гривой,
Гладит их по головам,
набирается их силой.
Ты меня, Sophia, бросишь,
ты бросала так не раз,
Но безудержно все просишь,
чтоб Phileo на Парнас,
В жизни больше не взошла,
на Олимп моей души,
Но Phileo я люблю,
и в безудержной глуши,
Оставляю я Софию,
хотя горестно ночами,
Ведь взирала на меня
она твердыми очами,
Я любил ее всевластность,
я люблю упорных дам,

Но во мне бунтует гласность,
и свой выбор не отдам
Ни кому, пока не встречу,
королеву красоты,
Пока Sophia и Phileo,
не подарят мне цветы,
И не сбросят свою гордость –
шаловливость юных лет,
И о жизни себя спросят,
кто за “да”, а кто за “нет”.
Поцелую вас обеих,
блудных дочерей своих,
Посажу с собой на троне,
буду внимать ваш я лик,
Кто прекрасней позабуду,
кто сильнее все равно,
Для меня важнее честность:
честность, искренность – одно.
Вы слились во мне едино,
помирились, может быть,
Или просто обманули,
сговорились, что любить?
Безразличным я не стану,
но на жизнь смотрю другую,
Только кажется мне странным,
что живем мы все впустую…

Спор Софии и Филео,
удаляется от нас,
Мы теперь уже не дети,
не услышим божий глас:
Что нам выбрать в переправу,
и куда уходят львы,
В мир тот странный, непонятный,
где всегда мы все правы.

Судьба начертана уже^[1]
И это страшно;
Я не творец сегодня,
Я актер,
Актер в забытом гараже,
Гараж в котором все ужасно,
Ужасно плохо и воняет,
Воняет краской с ацетоном,
И с ацетоном я живу,
Живу в душе с плохим актером,
Актером, что часто забывает роль,
И это часто цела жизнь,
Жизнь, где я не Король.

______
[1] Вера в то, что все изначально известно Всевышнему на основе Его всезнания. Все хорошее и плохое — от Творца
Человек движется по жизни на основе своего усмотрения, понимания, желания и выбора, за правильность и неправильность которых он будет отвечать пред Господом в Судный День. Мусульмане знают, что все предпосылки для совершения благих или преступных деяний, доброго или скверного созданы Творцом, а человеку предоставлено право свободного выбора. Только Бог знает, что будет через мгновение или минуту, месяц или многие годы. Люди же могут только предполагать на основе закономерностей, установленных самим же Творцом.
«Предопределение», а точнее «аль-када’ ва аль-кадар», — один из столпов веры. «Аль-када’ » — это полная и изначальная осведомленность Творца обо всем, что происходило, происходит или произойдет в этом мире; полная и изначальная осведомленность обо всем, что будет совершено каждым в отдельности, как в тех случаях, когда право выбора у человека есть, так и в тех, когда его нет.
«Аль-кадар» — это абсолютное соответствие фактически происходящего в реальном времени изначальным знаниям Творца

Добрый Ника, храбрый малый,
Звонким голосом пугая
Мир спешащий. Он взобрался на перила,
Что теперь всех напугает.

Он в прыжках высоких сильных
Норовит барьер опрыгнуть,
Лаем страстным упиваясь –
Через три квартала слышно.

“Тише, Ника, я с тобой.
И зачем ты так на взводе
Тратишь силы, защищая
Дом любимый на Садовой?

Лучше нам сейчас валяться
На кровати большой мягкой,
С костью вкусной поиграться,
В ожидании прихода мамы.”

Гордо вскинув Ника брови,
Еще раз он рявкнул в небо
И пошел ко мне взъяренный,
Хлеб учуяв в руке левой.

Хвост приподнят и маячит,
Бела грива приподнялась,
Нос холодный подставляет
Он в мою ладонь намокшу.

А затем берет кусочек
Бела хлеба осторожно,
И вытягивает срочно
Чтоб досталось ему больше.

Добрый мальчик, кари глазки,
Он глядит на мир с желаньем
Съесть побольше, отоспаться,
Перед папиным гуляньем.

Гавкнул Ника нежно-нежно,
Это он сказал спасибо
За заботу и веселье,
Что дарю ему от сердца.

“Рявкай, Ника, и резвись,
Ты достоин наслажденья,
В мир пришел ты сохранить
Наш очаг, уют семейный.”

Посмотрел он мне на руки,
Взглядом раз окинул миску
И пошел дремать у стенки
Завертевшись на месте влево.

“Спи, Никуся, я с тобой!
Пусть приснятся тебе горы,
Той Шотландии далекой,
Где гуляли твои предки.

Пусть приснятся тебе стада
Овец бегущих по лужайкам
Под твоей охраной стойкой,
Прикрываемых звонким лаем.»

И он сморщил глазки спешно,
Лапками задергал, в золотой
Мир Морфея окунулся нежно…
“Спи, Никуля, я всегда буду с тобой!”

«Тебя Кто-то любит, стремится быть рядом,
Глядит на тебя Кто-то ласковым взглядом,
Желает тебе Кто-то счастье найти,
К тебе Кто-то в сердце мечтает войти.»
Строки неизвестного из брошюрки баптистов

***
Я не поэт, я Символист,
Ну, может даже, Акмеист,
Да нет, я точно Футурист,
Живущий словно Реалист.

***
Я – корабль, носимый ветрами,
Синее море, что плещется сильно,
Парус – я, освященный не вами,
Штурман, забытый в дебрях пучины.

***
По рельсам бегущим нам не успеть,
И столб у дороги за ней не бежит.
Уходят года, а он все стоит.
Где птицы, где дождь
Ни чувства желанья,
Тоска не наглядна,
Но лечит страданья.
Никто и не может секунды ценить,
А это большое несчастье,
Наверно, и я не умею любить,
Лишь сон возмещает мое непознанье.

***
Незыблемость, добро и чистота
Преданье воплотило мутно,
И тащит всех оно так нудно;
Мы все забыли чувство красота.
Прощанье побеждает там, где нет любви,
Осколки стекол приобретают
Отраву в жизни конопли,
Чей мрак все тени посещают.
Бежать иль прыгать – пропускать
Раскаты грома – чудеса природы,
И все хотят лечить породу -
Ну что ж, что больше не летать.

***
Мне не нужно маскарада,
Чтобы видеть столько лиц,
Живописных и приятных
Или просто, всех блудниц.
Мир наш полон и он тонет
В океане “доброты”,
Не опознано, но верно,
В океане темноты.

***
Нечто среднее над нами,
с “распростертыми” сердцами,
то ли боги, то ли люди,
то ли звери, то ли судьи.

***
Люциферы закрывают свои рожи рукавами,
От творящихся идей, все идущих с головами,
По страницам новой сферы,
И не знают, и не знают, кто же все-таки люциферы.

***
Зачем кричать мне по ночам
И слезы складывать в копилку
И долго плакать по очам,
Что так давно я их покинул.

Пусть лучше я умру на битве,
В зеленом поле, и в Раю,
Где буду петь одну молитву,
О том как я тебя люблю.

***
Цвета радуги:
Белое, красное, синее, черное,
Светлое, мутное, блеклое, темное,
Желтое, сальное, чистое, серое,
Грязное, мыльное и загорелое.

***
Зачем хотеть грешинам власти?
Но глупо это задавать,
По их вершинам ходят страсти,
В богатстве будут умирать.
Но что такое ценность?
Для них – материальные блага,
Для нас – душа, культура, вечность,
Где станем мы, как облака.

***
Вы знаете, как умирает правда?
Я сегодня узнал.
С ней упали мечты, мои идеалы,
К чему я стремился.
Но бредший прохожий, голову поднял,
Его не коснулась дурна-суета,
Как опасно всем нам – он не допонял,
Его сердце покрылось в черны полотна.

***
Я пустил из фонарика свет,
Он улетел далеко от меня,
Душа моя догонит его,
Догонит его через три дня.

Он полетит и отражаясь
От тысяч таких, таких, как мы,
Он улетел не возвращаясь,
Зачем пустил в путь дальний ты?

***
Представить страшно, что в секунду,
Я умираю не один,
Со мной идут мои собратья,
Плывущих в море сотен льдин.

***
Что такое ждать и верить?
Расскажите мне людишки,
Говорите мне дурак,
Ведь читаю я не книжки,

Я читаю вдохновенья,
Рассуждаю вас я выше,
У меня есть одаренье,
Слово я Господне слышу.

Для меня вы все невзгоды,
Но люблю вас и прощаю,
Настроенье, как погода,
По часам я посещаю.

***
Жизнь коротка, и не успеть,
Стихов своих мне дописать,
И не успеть мне захотеть,
То чем не думали мечтать.

Я не хочу идти в науки,
Учится глупым осязаньям,
Терять там время в полной скуки,
И в жизни полной осознанья.

***
Прости меня,
что я сказал,
Что черный демон
в голос мой
Вложил слова,
о чем мечтал,
Где мы построим
замок свой.

***
Зачем мне слушать ваши речи?
Ведь я такой, такой я нежный,
Не жгу, не жгу я ваши свечи,
Я как не все, я самый снежный.

***
Как ни странно, я люблю,
Хотя повода и нет,
Идеалы признаю
Выше собственных побед.

***
За окном хорошая погода,
Но проснулись патриоты с чувствием вины,
Их питали рваные, кровавые льготы,
Дороги все стали скользки и темны.

***
Как часто смотришь ты на звезды
по теплым летним вечерам?
глядишь ты в их бездонность, миг,
вкушаешь вечный этот крик.