Гулял по парку. Осенний ор
С деревьев в мокрый плен лениво
Листья собирал. Я дальше шёл,
Ловил луч солнышка ревнивый.
Пустая, ведь промокла, лавка.
Не стал спасать ее от влаги
Народ, который с нее прыгал,
Сорвать пытаясь плоды яблонь.
Часть урожая догнивало в земле,
Хотя проворный таджик Толик
Там убирал. Я видел после:
С мешком по парку бегал дворник.
Упала ветка пред моей ногой,
Что шаг хотела сделать складно.
Пришлось мне оступиться глупо,
Боясь испачкать брюки Прадо.
Смешно! А ветер дул и подгонял
На лужах рябь. Каштаны свисли -
Я вспомнил, как в апреле Киев
Мне эндорфинов кидал в мысли.
Привык довольствоваться малым!!!
А запах ели к ноздрям спешил скорей.
И чрез алею малым шагом
Пришел домой, прошу, поверь!
Я потрясен твоим безумством,
Я полюбил твои стихи,
В глаза мои попали капли,
И сердце рвется от тоски.
Ты умер, жизнь твоя прошла,
Но как судить мне по стихам,
Смотреть в разбиты зеркала,
Где вижу только стыд и срам.
Ты – патриот и я доволен,
Что не одни мы в этом свете,
Узнали что такое болен,
Как жить и помирать в расцвете.
Ты мой кумир, но это не грешно,
Ведь перва заповедь моя,
Любить и помнить, что взошло,
Любить родные, русские края.
Я плачу сильно, не могу
Смириться с правдой в этом мире,
Бывает часто забегу,
И мы с тобою лишние на пире.
Рука твоя осталась жить:
Во мне и сколько вас поэтов,
Кому осталось умереть
В стране, где не было заветов.
Я полюбил твое село,
Что под Рязанскую губернией,
Где людно, душно, но светло,
Где ты родился в опьяненье.
Не поступай с родными плохо,
Ведь они любят тебя сильно,
Добра желая сердцем только
Тебе, но ты их не услышишь.
Они хотят, чтоб ты цвела, росла,
Смеялась, молодела,
Успехом в собственных делах
Всех поражала без усердно.
Они всегда идут с тобой,
Чтоб в жизни этой не случилось,
Но если все тебе “родные”…
Прости, что все так получилось.
Родные помнят о тебе. Всегда!
Один поэт все так же пишет
Стихи любви, что все жива,
Но только ты его не слышишь.
Ты, видимо, совсем глуха,
И это очень помогает
В ответ молчать, но та глупа
Мария, что так поступает.
Родные люди в этом мире
Бывают все же безразличны,
Кому угодно, даже мне,
В сем мире денег прагматичном.
На них мы крикнуть можем резко,
Послать подальше от себя,
Они простят нас непременно,
Любовью дышат их сердца.
Прости, что все пишу об этом,
Когда ты есть совсем слепа,
И энергетику почуять
Мою не сможешь никогда.
Ты просто диэлектрик в жизни,
Вокруг все дышит новизной…
Но кто-то должен быть пассивным,
Чтоб соблюсти в миру гармонь.
И это ты, такая, Леди,
Совсем дитя, совсем, как кроха,
Но я прошу тебя, пожалуй,
Не поступай с родными плохо.
Все бегут еще куда-то
А куда? И то не внятно
Говорят они все нам,
И стучат так…По мозгам
Холодный импульс бьет,
Тянет сильно. И поет
Еще в душе свеча,
Что так ярка. И горяча
В моей душе любовь
И сердце обмывает. Кровь
Иссякла, побелела,
Загустела. Заболело
Все на шаре этом скучном,
Потонуло в небе тучном.
В небесах полночных любви
Твой взгляд ко мне приди, приди.
Зальстив себя из нежных рук,
Смеется замкнутый наш круг.
Хотеть не вредно, но в глазах
Твоих глубоких вижу страх.
Я отдаю последний грош,
По телу рябью бьется дрожь.
Тот белый призрак всех желаний
Придет ко мне лечить страданья.
В тех нежных любящих руках
Я вижу снова только страх.
Я поплыл на лодке.
Волга!
Ветер!
Тряска!
Волны!
Расступилась всюду ряска!
Что же там по дну ходило;
Что готовилось к охоте?
Мою лодку заносило.
Меня укачало!
Горло все в рвоте!
Это начало.
Конца же и не было –
Ночь наступила.
Волга затихла,
Что-то уснуло,
Лодка моя
на дно утонула.
| Я не прощаю предателей, потому что сам не предаю! 
